Воркута всегда гордилась спортивными достижениями, большим количеством спортзалов и доступностью секций для детей. Как чувствует себя прославившая наш арктический город сфера спорта сегодня в условиях повсеместной оптимизации и оттока населения, где отыскивает кадры, чем живет и чем планирует жить, какие задачи перед собой ставит и как будет их выполнять, нужен ли нам туризм, каким будет обновленный городской парк? Ответы на эти вопросы вы найдете в интервью с начальником управления физической культуры и спорта Воркуты Кириллом Арабовым.

– Кирилл Тофикович, начнем с ретроспективы – со спартакиады, которая, если не ошибаюсь, была первой для вас в этом качестве – начальника управления спорта. Как справлялись?

– Начну с того, что скажу огромное спасибо сотрудникам как управления, так и подведомственных учреждений. Это в большей степени их победа. Все, что делается в сфере спорта, делается на «горбу» этих людей. Что касается Заполярных игр, хотелось бы также поблагодарить неравнодушных спонсоров и меценатов. В Воркуте много хороших людей, их больше, чем скептиков. Они не афишируют свою деятельность, но делают немало, и спасибо им за это огромное. Совместными усилиями нам удалось расширить список представленных на спартакиаде видов спорта. Так, вместе с известным энтузиастом этого вида спорта – руководителем воркутинского отделения ДОСААФ Евгением Назимовым и управлением спорта любительский карт-клуб приобрел статус детско-юношеской спортивной школы. И в этом направлении у нас есть далеко идущие планы. Есть планы на боевое самбо. Также у нас очень сильные шахматисты, и мы хотели бы видеть этот вид спорта в программе игр. Сейчас попробуем провести переговоры с федерацией карате-кекусинкай. Все, что касается победы, то в спорте, как известно, побеждает сильнейший, и в 2016-м сильнейшей была команда Воркуты.

– Сейчас вы говорили о своих сотрудниках и их вкладе в организацию игр. В этой связи хотелось бы спросить, как вы чувствуете себя в условиях всеобщей оптимизации?

– Да, с 1 февраля наше управление значительно сократилось – в четыре раза, но для нас оптимизация прошла бескровно: остались все люди, но им, правда, пришлось перейти в подведомственные учреждения. Я не могу сказать, что согласен с такой оптимизацией, и вероятнее всего, это будет тот опыт, вследствие которого нам придется многое менять. Но качество нашей работы не ухудшилось. Главное, что у нас не сократилось ни количество занимающихся детей, ни секций. Мы не закрыли ни одного объекта. Более того, нам удалось, пусть и путем смены собственника, все же сохранить спортивный зал в Заполярном, что не может не радовать. Ведь задача управленца – не плодить подведомственные учреждения, а совершенствовать структуру управления в учреждениях имеющихся, подключая в том числе коммерческие и некоммерческие организации. Прекрасный пример такой совместной работы – спортзал «Стимул», который находится в этом здании. Мы административно помогли этому залу появиться, теперь же этот центр успешно работает, более того, на его базе у нас будет открыт еще один центр сдачи норм ГТО. Это напрямую к подведомственным учреждениям не относится, но в целом работает на главный тезис – совершенствование и развитие спортивной инфраструктуры в городе.

Кроме того, у нас есть желающие развивать клубную деятельность, строить залы, и в наших планах – создать отдел в структуре управления спорта, который будет помогать организациям работать в этом направлении с грантами. Это важнейший источник финансирования, и мы, имея соответствующий опыт работы, намерены способствовать в его эффективном освоении. Один из примеров – проект «Добрый лед», который осуществляется в рамках трехстороннего соглашения между Цемзаводской воинской частью, управлением ФИС и местным отделением ДОСААФ. Если проект победит, то мы получим полтора миллиона на строительство катка на территории воинской части. Эти виды деятельности хочется развивать, особенно в условиях дефицита городского бюджета, который напрямую зависит от налогов и сборов. Ситуация в угольной отрасли Воркуты серьезно сказалась на бюджете и, как следствие, на всех бюджетных организациях. Тем не менее, мы стараемся участвовать во всевозможных программах, подразумевающих софинансирование. Это касается и ФОКа.

– Физкультурно-оздоровительного комплекса, строительство которого предполагается на Тимане, так? Расскажите подробнее об этом проекте.

– Да, строить всегда непросто. Да, потом будут вопросы, которые есть уже сейчас, я имею в виду – как его содержать. Но главное, что у нас не будет вопроса, как его наполнять, потому что уже сейчас все спортзалы заполнены и желающих заниматься больше, нежели количество мест, которые мы можем предоставить. Поэтому при всех тех сложностях, которые были с «Арктикой», сейчас мы видим огромный комплекс, где занимается значительное количество детей и взрослых.

Так, например, на свободное плавание мест просто не найти. В универсальном зале также все время расписано, и тренерский состав бассейна жалуется на то, что туда не попасть, чтобы провести сухую тренировку. Видя такую популярность, я готов ввязаться в строительство нового комплекса, несмотря на все сложности. Лучший пример – спортзал учебно-курсового комбината, который мы ремонтировали для наших самбистов. Там была проблема с раздевалками, мы ее технически решили. Теперь ребята могут заниматься и уйти со своего «чердака» в ДТДиМ. Кстати, заинтересованность в развитии самбо чувствуется на федеральном уровне.

– Хорошо. Мы с вами затронули тему развития спорта в разрезе спортивной инфраструктуры. В то же время город переживает отток активного населения, а спорт, как и любая другая отрасль, нуждается в кадрах. Ощущаете ли вы кадровый голод?

– Сейчас в этом отношении мы наблюдаем переходный момент. Есть тенденции, берущие начало из федерального центра, которые мы пока в полной мере не ощутили, но вскоре столкнемся с ними вплотную – это профстандарты, когда тренерско-преподавательский состав должен в обязательном порядке иметь педагогическое образование. Здесь есть не очень хорошие примеры, когда заслуженные мастера спорта не могут заниматься с детьми. В целом же я не могу сказать, что у нас есть кадровый голод. Воспитанникам наших спортивных школ, выполнившим мастеров и пожелавшим остаться преподавать, мы, как правило, помогаем решить вопрос с заочным и дистанционным обучением в специализированных вузах, а также в нашем педколледже.

В итоге многие остаются на тренерской работе, особенно это касается единоборств и плавания. Есть нюансы, связанные с тем, что в республике приоритетным видом спорта считаются лыжи. Однако это направление на определенном этапе было нивелировано федеральными образовательными стандартами, которые исключают лыжную подготовку в школах. Сегодня мы работаем на восстановление этого направления. Летом нами была подготовлена трасса, сейчас решаем проблемы, связанные с ее накаткой. В рамках проекта «Народный бюджет» мы участвуем в гранте на оснащение этой площадки. Здесь нельзя не сказать о базе «Заречная», которая в былые времена была лыжной базой. Нам хотелось бы создать трассу и на «Заречной», а также установить там подъемник, который уже несколько лет остается незадействованным. У нас есть технические возможности для того, чтобы реализовать эти планы.

– С республиканскими приоритетами в области спорта все понятно, недаром Коми претендует на звание «родины лыж». А какой вид спорта или виды спорта, на ваш взгляд, превалируют в Воркуте?

– У нас традиционно сильнейшие пловцы. Впрочем, называть плавание генеральным я бы не стал. У нас сильные самбисты. Две девушки сейчас поедут на Россию по женскому боксу. В сборную России включены две спортсменки по карате. В сборную также включены три человека по пулевой стрельбе. Все эти виды спорта очень конкурентоспособны. Другой вопрос, что вне зависимости от нашего желания или нежелания школьники в основе своей покидают город, поступая в высшие учебные заведения. И в этой связи наша задача как ступени муниципального уровня, которая готовит не лучших спортсменов, а резерв, – это массовость. Такова наша основная деятельность также и по 131-му федеральному закону, это реализация второго принципа диалектики – перехода количества в качество. Мы – базовая платформа.

Да, многие тренеры не любят отдавать своих воспитанников, да, присутствует ревность, да, мои слова о приоритете массовости, о том, что наша задача – отыскать звездочек и выкопать алмаз, а огранять его будут другие, воспринимаются многими тренерами как кощунство. И это понятно, потому что вложены душа, время, силы, нервы, старания. И, тем не менее, это справедливо даже для игровых видов спорта, где важнейшее значение имеет игровая практика, наличие которой напрямую упирается в вопрос финансирования выездных соревнований. Мы видим возможное решение этого в организации межрегиональных соревнований в Воркуте с привлечением спортсменов из близлежащих городов, к примеру, из Салехарда. Результат такой работы очевиден, лучшее подтверждение тому – победа наших футболистов на спартакиаде.

– Вопрос вдогонку: республиканские власти всерьез увлечены развитием боев без правил, чему свидетельством является масштаб последнего промоушена «Parma Fights», вышедшего за пределы региона. Я знаю, что вы не чужды рукопашному бою и занимались этим видом спорта. В Воркуте есть спортсмены, подающие надежды в этом направлении, но тренирующиеся в полуподвальном режиме. Планируете выводить их «на свет»?

– Да, во мне как в кандидате в мастера спорта по рукопашному бою и по тхеквондо живет микс-файтер. Мы готовы подключаться и работать в этом направлении, необходимо создавать и проводить соревнования, включая их в календарь спортивных мероприятий. Что это дает? Возможность присвоения массовых разрядов. Как с картингом, включив который в Заполярные игры, мы теперь можем присваивать звания вплоть до кандидата в мастера спорта. Мы готовы помогать и микс-файтерам, предоставлять площадки, оказывать иную административную помощь. Что касается развития этого спорта в рамках дополнительного образования, пока об этом говорить рано, и не потому, что это контактный вид спорта, а потому, что на данный момент у нас нет подготовленных тренеров-преподавателей, которые могли бы заниматься с детьми. В отношении работы спортивных клубов мы готовы им помогать так же, как и любой другой некоммерческой спортивной организации. Я полагаю, что переходным видом от клубного уровня к дополнительному образованию может быть наше исконное боевое самбо.

– В завершение темы спорта не могли бы вы обозначить основные задачи, которые вам предстоит решить в ближайшее время и поделиться планами на будущее?

– Первое, что хотелось бы сделать, это сохранить то, что есть. Количество детей, спортивных секций и объектов. Это основная задача в тех условиях, когда бюджеты всех уровней переживают не лучшие времена. Однако при этом оптимизация в том виде, как ее видят «некоторые товарищи», – не приемлема для спорта. В условиях кризиса, когда люди становятся озлобленными, в ситуации перекоса в воспитательной системе, в ее недостаточности, неполноценности, политически неграмотно сокращать расходы на дополнительное образование. Этого делать нельзя категорически. Поскольку в первую очередь это ударит по детям из неблагополучных семей, для которых спорт едва ли не единственная отдушина. Руководствуясь этим, мы не пошли на смену статуса наших учреждений, оставив за ними форму организаций дополнительного образования; мы не пошли на совмещение школ – у нас их так и осталось четыре; мы не стали сокращать бюджет этих организаций. Вторая задача – развивать. Мы добавляем новые виды спорта и в Заполярные игры, и в наши школы. Так, например, у нас появился тайский бокс, картинг как виды образовательной услуги. Думаю, что у нас появится боевое самбо. Есть еще несколько задумок, но я не буду их озвучивать раньше времени.

– Вы затронули злободневную тему экономического кризиса, которая приобретает особенное звучание в приложении к нашему моногороду. В государственной программе развития моногородов делается особенный упор на диверсификацию экономики, ликвидацию зависимости от одной сферы или одного предприятия. В отношении Воркуты на площадках разных уровней обсуждаются различные инструменты диверсификации, в частности, развитие туризма – сферы, подведомственной вашему управлению. Каков ваш взгляд на пути развития туризма в данном ключе, с учетом недавних пертурбаций?

– Я бы не назвал туризм инструментом диверсификации, несмотря на имеющийся потенциал. Логика передачи туризма под управление спорта – прямая. Потому что в Воркуте львиная доля туризма – это экстремальный и событийный туризм. Были яркие моменты, такие, как соревнования по сноукайтингу «Восемь ветров» – фестиваль, который мог перерасти во что-то большее. Но если говорить о самом крупном туристическом событии в нашем городе – это Заполярные игры. Это тот самый событийный туризм. Если мы посмотрим в экономическом разрезе, то сфера спорта не просто кушает бюджет, но и привносит свой вклад в экономику муниципалитета. Наши подсчеты говорят о том, что это порядка 50 миллионов рублей только за прошлый год. Пусть это не прямые поступления в бюджет, разумеется, но это деньги, влитые в экономику.

Чем больше будет таких мероприятий, тем больше в этой индустрии появится предпринимателей. Этим подтверждается внутренняя логика передачи туристической сферы – общностью целей и задач. Но необходимо отметить, что это не будет быстро, потому что есть сложность с поиском инвесторов, тем более в рамках экономической депрессии. Местные предприниматели, которые могли бы развивать эту отрасль, и не только ее, по большей части думают о том, что отсюда надо уезжать. Есть такая проблема – тяжело уговорить бизнесменов на инвестирование в долгосрочные проекты. Их интересуют сроки окупаемости три-пять лет, долгосрочные их не интересуют. А туристическая отрасль не может говорить о рентабельности в течение пяти лет, ведь вложения необходимы громадные: тундровая техника, специалисты, сам «чек» – все это дорого, поэтому рассматривать туризм как инструмент диверсификации преж­девременно.

– Хорошо, вы обрисовали сценарий ирреального, а что, напротив, возможно сделать и что делается из разряда достижимого?

– Во-первых, мы говорим о спортивном туризме – направлении, которое мы намерены развивать. Мы обучили инструкторов по детско-юношескому туризму, и теперь они имеют право заниматься с детьми именно с этой целью. На базе центра отдыха и туризма действует альпинистский клуб, там занимаются альп-подготовкой и намереваются, пусть и не в этом году, соорудить скалодром. Для этого им сначала необходимо заработать деньги, поэтому в текущем учебном году мы вряд ли это успеем. Те туристические объекты, что уже есть, будут развиваться и сохраняться. У нас третий год действует официальный муниципальный тур­оператор – это то, о чем только говорят в республике, и сегодня мы даем консультации региональным структурам для получения данного статуса. База нарабатывается годами, но у нас уже есть проекты, которые мы хотели бы реализовать в этом году совместно с НАО, потому что без соседей развивать арктический туризм не получится.

Есть идея создать проект для снегоходчиков – пробить трассу по образу и подобию Париж – Дакар. К нам уже едут свердловчане, и мы сейчас попробуем совместно обкатать этот проект. Отдельным проектом мы хотим развивать арктический тим-билдинг, с тем прицелом, что команда, закаленная в холоде Арктики, не развалится ни при каких условиях. Также мы возлагаем надежды на то, что Воркута вошла в Северное ожерелье России и нашу продукцию сейчас повезли на форум в Сербию. С Китаем мы начали работать через республику. Есть сложности с переводчиком. В Сыктывкаре есть подвижки в этом направлении, мы же пока об этом даже не задумываемся. В перспективе, видимо, придется все же учить китайский. Впрочем, жизнеспособность этих проектов во многом будет зависеть от корпораций, готовых инвестировать в туризм на долгосрочной основе. Пока я бы не решился сказать, что есть перспективы. Есть мысли по работе с внут­ренним детским туризмом в пределах республики. Нужно решение главы, программа, согласованная с Минобразованием. Кстати, такой опыт был в 1998 году. Почему бы не вернуться к этому в контексте патриотического воспитания, которое базируется на любви к малой родине. Это повлечет некую конкуренцию среди муниципалитетов, заставив их оттачивать свои туристические продукты, что даст толчок развитию этого рынка. А пока мы не можем предоставить эти услуги жителям своей же республики, о каких иностранцах мы можем говорить?

– Но ведь не только событийным и экстремальным туризмом мог бы прославиться наш город. Как же туризм исторический – скорбного «Архипелага»?

– Не спорю, проекты – пусть несколько эфемерные и пафосные – в этой сфере были. Однако история Воркуты – это не один лишь ГУЛАГ. Это и природа, и огромная инфраструктура гигантского для наших широт города. Норвежцы, к примеру, были весьма удивлены масштабом и размахом Воркуты. Нам есть чем удивить иностранцев и кроме пресловутого ГУЛАГа. Я полагаю, что не стоит на этом строить концепцию развития туристической отрасли. Равно как и не стоит строить ее вокруг другого эпизода нашей истории – «лихих 90-х». Самая продаваемая экскурсия в Санкт-Петербурге – это «Бандитский Петербург», и нас рекламируют в рамках этой экскурсии, потому что нам есть чем «похвастаться». Но разве это единственное, что есть в Воркуте? Да, потенциал есть, и потенциал большой, но и реализовать его можно только большими деньгами. Я предлагаю начать с малого – школьного туризма, который будет востребован.

– Кстати, о больших деньгах. В свете выделения довольно значительной суммы на реконструкцию городского парка в Воркуте, как планируете ею распорядиться?

– Это проектные деньги, т. е. софинансирование с привлечением федеральных источников. Парк попадает под эту категорию. В прошлом году нам тоже деньги обещали, но они были направлены на другие цели. Озвученная сумма – 15 миллионов рублей, уверяю вас, недостаточна. Только чистка озера и укрепление его берегов по проекту обойдется нам в 20 миллионов руб. Нам очень хочется начать с забора, который мы хотим сделать максимально красивым. Почему? Потому что парки во многих городах имеют свои границы, поскольку это учреждения. Проблема в том, что все, что делается в парке на данный момент, делается фактически за свой счет. Это расчистка, освещение, приобретение новогодних украшений и елок. Очень обидно, что все это ломается и разрушается. Чтобы выдергивать фонарики, в наш парк приходили с лестницами! Большая часть денег, времени и сил работников парка уходит на то, чтобы сохранять и поддерживать его. Отдельная беда – это гадящие собаки! Мы не можем сделать ничего, кроме разъяснительной работы, потому что полиция приезжает, в лучшем случае, часа через два.

Хотелось бы в этой связи обратиться к жителям города с просьбой уважительно относиться к тому немногому, что сделано. Парк стал хотя бы частично расчищаться. Да, хотелось бы лучшего, но с двумя дворниками в штате это невозможно. Физически работниками делается много, и такое отношение к их труду вызывает крайнее негодование. Что касается планов, то это освещение, видеонаблюдение, площадки, покрытие дорожек тротуарной плиткой. Мы будем это осуществлять, скорее всего, в два этапа: благоустройство и очистка озера. Потому что в озере чего только нет: и урны, и скамейки. Мы хотели в прошлом году сделать это самостоятельно, но оказалось технически сложным. Есть планы и идеи, но я предпочитаю говорить о проектах в прошедшем времени как о реализованных.

– В заключение беседы попрошу вас ответить на вопрос, который я не задал. Озвучить то, что хотелось бы, чтобы прозвучало.

– Самое важное в любом деле – это даже не финансовая составляющая, без которой, конечно, непросто, а люди. Те люди, что работают рядом, и их качества. Я повторюсь, в Воркуте очень много хороших людей, и именно поэтому у нее есть перспективы. Город будет жить, пусть сейчас кто-то и не хочет в это поверить. Будет, потому что особенный. Я уверен, что наше будущее не столько в угольной перспективе нашего города и Арк­тической зоне, а в людях особого склада.

 

Артем Орлов
Фото: Елена Царанова
ЗАПОЛЯРКА-онлайн.рф

 
Распечатать   5 113 просмотров