Минувший год прошел в Коми под знаком борьбы с коррупцией, немалый вклад в эту борьбу внесла и прокуратура республики – часть уголовных дел была возбуждена по материалам прокурорских проверок. Эти рутинные «бумажные» процедуры в конечном итоге не раз приводили к выявлению высокопоставленных коррупционеров. О работе отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции «Республике» рассказал заместитель начальника отдела Александр Бархатов.

– Одно из самых резонансных событий прошедшего года – освобождение от должности в связи с утратой доверия председателя правительства Коми Владимира Тукмакова. Нарушения с его стороны были выявлены в ходе прокурорской проверки. Это дело рук сотрудников вашего отдела?

– Частично. О том, что Владимир Тукмаков получал деньги в конвертах, стало известно в ходе расследования в Москве уголовного дела в отношении бывшего руководства республики. В ходе нашей проверки было установлено, что он с февраля 2011 по август 2015 года имел дополнительный доход, ежемесячно получал денежные средства в размере 100 тысяч рублей, всего за этот период – 5,5 миллиона рублей. При этом чиновник не обеспечил соблюдение требований о полноте и достоверности отражения сведений о доходах. Удельный вес неотраженного Тукмаковым дохода от общего дохода его семьи за 2012-2014 годы в среднем составил 38 процентов. Указание должностным лицом недостоверных сведений о доходах при величине ошибки более 20 процентов от общего дохода семьи в год может быть расценено как проступок, влекущий освобождение лица от занимаемой должности в связи с утратой доверия.

– То есть если бы он задекларировал эти деньги, то нарушения не было бы?

– Госслужащим вообще запрещено получать не предусмотренное законодательством вознаграждение в дар в связи с исполнением ими должностных обязанностей, так что декларирование таких доходов не сделает их законными – при проверке возникнут вопросы, откуда взялись эти суммы и за что они были получены.

Напомню, что не только Владимир Тукмаков получал деньги в конвертах от представителей бывшего руководства республики. Там был целый список «конвертников». У меня, например, возникло впечатление, что те, кто давал эти деньги, просто пытались вовлечь как можно больше высокопоставленных чиновников в эту схему, сделать их «людьми системы», чтобы они не обращали внимания на происходившее в республике, не задавали лишних вопросов. Ведь если служащий взял деньги, он уже на крючке.

– Кстати, о других «конвертниках»: вроде деньги получали одинаково, но Владимир Тукмаков только освобожден от должности, а в отношении, например, бывшего председателя избиркома Коми Елены Шабаршиной возбуждено уголовное дело. Почему такие разные последствия?

– Все зависит от того, оказывал или нет чиновник, получавший деньги, какие-либо услуги «дарителю» или покровительствовал ему. Если такие обстоятельства установлены, то возбуждается уголовное дело, и получение денег в конвертах квалифицируется как взяточничество.

Например, ситуация в Службе Республики Коми по тарифам. Там несколько сотрудников получали деньги в конвертах, при этом не отражали эти суммы в справках о доходах. Но уголовные дела были возбуждены только в отношении бывшего руководителя службы Ильи Первакова и бывшего референта ведомства Олега Рябинина, поскольку они использовали служебные полномочия в интересах «дарителей». Остальные «конвертники» были уволены в связи с утратой доверия.

– Увольнение в связи с утратой доверия как мера воздействия стало применяться только в этом году. А почему не применяли раньше?

– Первым из высокопоставленных чиновников в Коми в связи с утратой доверия был освобожден от должности в 2015 году заместитель председателя правительства республики Константин Ромаданов, который сейчас является фигурантом уголовного дела. Решение об увольнении принято в связи с предоставлением Ромадановым недостоверных сведений об имуществе, кстати, не в первый раз. Еще в 2012 году нами выявлялся факт сокрытия Ромадановым в справке о доходах недвижимого имущества, в том числе земельного участка. Однако по результатам рассмотрения представления прокуратуры Коми прежнее руководство республики сочло возможным применить к Ромаданову иную меру ответственности, не связанную с его увольнением в связи с утратой доверия.

Следует отметить, что в предыдущие годы прокуратура республики неоднократно вносила представления по фактам сокрытия высокопоставленными чиновниками в ходе декларационных кампаний доходов и имущества. Вместе с тем ответственность в виде увольнения ни к кому из них не применялась. Прежнее руководство республики в каждом случае ограничивалось менее суровыми дисциплинарными взысканиями (замечание, выговор). В числе вышеупомянутых высокопоставленных чиновников были заместитель главы Коми Константин Ромаданов, не представивший сведений о недвижимом имуществе; управляющий делами администрации главы и правительства республики Александр Сердитов, не указавший доход от деятельности ОАО «Сыктывкарский ЛВЗ». В итоге указанные лица привлекаются к уголовной ответственности за совершение коррупционных преступлений, связанных с хищениями государственной собственности.

– Как проводятся прокурорские проверки соблюдения антикоррупционного законодательства?

– Основное – это работа с документами, проверка сведений о доходах и имуществе госслужащих и членов их семей. В общем-то это довольно сложное занятие, которое требует особой тщательности.

Сотрудники прокуратуры проводят не только проверки, но большую системную профилактическую работу: запланирован и реализуется ряд мероприятий, в ходе которых мы разъясняем госслужащим, как они должны себя вести, чтобы исключить коррупционные риски, а их поведение не было воспринято окружающими как проявление коррупции.

– Так ведь, наверное, все госслужащие и так знают, что деньги брать нельзя.

– Вопрос не только в получении денег, тут много нюансов, которые требуют разъяснения. Тот же вечный вопрос с подарками: можно их принимать или нельзя. Согласитесь, есть разница между шоколадкой, подаренной на 8 Марта женщине-госслужащей, и, например, дорогостоящей бытовой техникой, врученной чиновнику с условием, что он оформит нужные документы быстрее. В первом случае это можно расценить как подарок, во втором – уже взятка.

Иногда приходится напоминать госслужащим даже правила их поведения. Например, они не должны даже в шутку жаловаться посетителям на маленькую зарплату или отсутствие премии: это может быть воспринято как намек на то, что они ждут подношение. Исключены и жесты, имитирующие пересчет купюр, похлопывание по карману, фразы из разряда «спасибо в карман не положишь». Поведение госслужащего не должно давать повод для подозрений.

– А можете ли вы по виду проверяемого чиновника сказать, водятся ли за ним грешки? Может, у нечистых на руку госслужащих во время беседы с сотрудником прокуратуры глаза бегают или голос дрожит?

– Тут, к сожалению, все зависит не от чистоты рук и совести, а от человека: в большинстве своем коррупционеры неплохо владеют собой. Мне приходилось наблюдать обратный эффект: вроде волнуется человек, переживает, но в ходе проверки выясняется, что нарушения его не очень серьезны, сделаны скорее по незнанию или невнимательности. С другой стороны, иногда проверяемый абсолютно спокоен и невозмутим, но совершенных им нарушений хватает на уголовное дело. Так что мы делаем выводы не по виду человека, а по документам.

 

Беседовала Людмила ВЛАСОВА
Фото Дмитрия НАПАЛКОВА
respublika11.ru

 
Распечатать   2 649 просмотров