Холодным воркутинским летом 2015-го наиболее жаркой стала тема капитальных ремонтов, лидируя среди привычно проблемной отрасли ЖКХ со значительным отрывом. Масштаб народного недовольства огромен – от Калининграда до Владивостока. Причин тому множество – нежелание платить проистекает не только и не столько из принципа, хотя есть и такое, сколько по причине отсутствия актуальной, достоверной и доходчивой информации. В итоге – сколько людей, столько и мнений, сколько спикеров – столько и трактовок. Запутавшись в недрах жилищного права, собственник, которого пугает мысль о том, что он собственник, ибо понятие собственности плотно связано с понятием ответственности, выберет скорее неплатежи, чем уплату своих кровных в недра системы, в которой он не уверен. Как результат – система буксует на всех уровнях вертикали власти – от федерального, через региональный к муниципальному. И попутно обрастает мифами о том, что платить не надо вовсе, что это новая уловка властей. В роли разрушителя мифов в эксклюзивном интервью газете «Заполярье» выступила руководитель проекта «Коми ЖКХ» Александра Афонина.

– Александра, надо ли говорить, что тема взносов на капремонт стала самой острой темой уходящего лета, проложив между гражданами демаркационную линию и разделив общество, как минимум, на два стана – приверженцев того, что надо заплатить, и, напротив, – тех, кто так не считает. Обе стороны приводят, как водится, доказательства своей правоты. Кто-то платит, а кто-то тем временем уже готовится дойти до Верховного суда. Как вы полагаете, чем в итоге разрешится эта дилемма? Что нас ждет в ближайшем будущем на участке коммунального «фронта» под названием капремонт?

– Я думаю, что программа капремонта существенно не изменится. Сам принцип уже, наверное, не поменять. Но какие-то положения, порядок формирования фондов, проведение капитальных ремонтов, их стоимости, вероятно, можно будет поменять. Могут измениться права и обязанности. Но это зависит от самих граждан. Нужно участвовать в формировании действующего правового поля. Сегодня на всех сайтах государственных органов присутствует вкладка «Общественное обсуждение». Это форма общественного контроля, позволяющая гражданину выразить несогласие с еще не вступившим в законную силу нормативным актом. На площадке Общественной палаты должны будут запустить общественное обсуждение изменений в региональный закон о капремонтах. Любой гражданин может зайти на сайт и высказать свое мнение. Но мнение должно быть конструктивным, потому что это не место для эмоций. Я бы предложила экспертам и активным гражданам поучаствовать в этом процессе.

Чем еще граждане могут помочь своим многоквартирным домам (далее: МКД)? Прежде всего, надо научиться грамотно и эффективно распоряжаться своим имуществом. Люди, в основном, относятся так: моя квартира, что хочу, то и делаю. И не важно, как это аукнется всему дому. А то, что творится с домом – с крышей, с подвалом, меня это не касается. Такая позиция неверна в корне. Собственникам необходимо поменять отношение. Когда это происходит и отношение меняется, та система капитального ремонта, которая предложена на сегодня, становится не страшной. Потому что изначально, когда мы приобрели квартиру в собственность, мы должны были надлежащим образом заботиться об общедомовом имуществе, которое перешло к нам в собственность.

Когда вступил в силу Жилищный кодекс, мы должны были контролировать работу управляющих компаний (далее: УК), мы должны были следить за тем, чтобы работы исполнялись качественно и в срок, а деньги не уходили налево. Как правило, жители не уделили должного внимания этому процессу. Прошла не одна смена УК, не одно банкротство. После этого негодование жителей, спровоцированное ненадлежащей работой управляющих компаний, перешло на тему капремонта. В результате УК не выполнялась работа по текущему ремонту, в результате несложно догадаться, с каким результатом мы приходим к ремонту капитальному. Собственники задают сейчас закономерный вопрос: почему управляющие кампании ничего не делали, а я должен выкладывать деньги за капремонт? Пора брать себя в руки, начинать активно работать со своим домом. Я не сделаю для вас открытия: всем, кроме собственника, все равно, что творится с вашим домом. И вы это сейчас замечаете. УК не болеют за жилфонд, а сухо исполняют то, что якобы захотел собственник. Если собственник реально хочет, тогда и работа строится по-другому. Я активно работаю со своей УК. Мы постоянно работаем над своим жилфондом, и я могу сказать, что за исключением пары глобальных проблем, сложностей быть не может. Мы активные собственники, и у нас все получается. Если люди начнут по-другому относиться к своей собственности и поймут меру ответственности за эту собственность, проблем ни с УК, ни с капремонтом не будет.

– Вы клоните к тому, что можно выразить булгаковской фразой, которая сейчас вновь стала расхожей именно в контексте капремонтов. Я имею в виду цитату про разруху в головах.

– Да, так и есть. Пока человек не поменяет отношение к жизни, ничего не поменяется. Это работает на всех фронтах. Соседи, которые не хотят вкладывать в имущество, спрашивают: как так получилось, что у вас что-то делают, что-то ремонтируют, как вы этого добились? Потому что мы поняли, что наш дом не молодеет, а за 10 рублей с квадратного метра его обслуживать нереально. Но надо же что-то делать, что–то менять, поэтому увеличиваем плату за содержание и ремонт жилья. Если мы увеличили плату, значит, мы будем больше спрашивать с УК, будем требовать отчета, будем смотреть, что, когда и как они делали. Многие собственники стесняются и не спешат обращать внимание на нарушение своих прав. Здесь две позиции: «все равно ничего не сделаешь» и «я не знаю, как подойти и к кому обратиться». Это необходимо перебарывать, потому что пассивная позиция ведет к расхолаживанию УК. В итоге УК очень интересно, не обслуживая такой дом, собирать с него деньги. Мы опять приходим к тому, что нужно позицию менять. Да, говорят, что один в поле не воин. Это не совсем так. Зачастую достаточно одного, двух, максимум – трех собственников, чтобы дом более или менее жил. Затем, когда люди начинают видеть позитивные изменения на доме, они обращаются в эту же «веру». И чем больше собственников, понимающих, что жилфондом надо заниматься, тем сложнее нарушить их право, обмануть и украсть их деньги.

– Сейчас много критикуют и федеральное, и региональное законодательство, критикуют регионального оператора – Фонд капитального ремонта, критикуют муниципалитеты. Если отбросить эмоции и расценить ситуацию именно с позиции юриспруденции: какую критику вы считаете обоснованной, а какую голословной?

– Вся эмоциональная критика, в большинстве случаев, голословна. Что мне не нравится в региональной программе? Я сейчас не стану оспаривать федеральное законодательство. Раз федералы спустили нам определенную программу для работы, значит, регион и муниципалитеты должны были ее в строгом соответствии исполнить. Начинаем разбираться, как исполняли, плакать хочется. Чтобы говорить о том, что федеральный закон надо менять, необходимо сначала сделать так, чтобы он заработал в регионе. Система не будет работать, если мы неправильно сформировали региональную программу, если собственники где-то недоработали. Только сегодня был задан вопрос: а муниципалитеты вообще понесут какую-то ответственность за то, что предоставили такие данные для формирования и утверждения региональной программы?

Если вы, например, эту программу откроете на сайте правительства и посмотрите на Койгородский район, вы увидите, что они не только приписали себе 12-этажные и 17-этажные дома, но и сроки реализации не установили. Районная администрация не выполнила свою часть работы, а им всего лишь нужно было составить актуальный список домов, какие дома и когда будут нуждаться в ремонте. Как это делается? Все просто: для каждого типа дома существует установленная периодичность ремонтов и других мероприятий. Берем список, смотрим процент износа, делаем вывод: эти дома надо включать, а эти нет, потому что они ветхие и аварийные. Дальше: с какой периодичностью на данном типе дома, в соответствии со строительными нормами и правилами, необходимо провести капремонт. Нужно посмотреть и те дома, которые давно ремонтировались поставить поближе, те, которые недавно – подальше. Сложно? Идея проста. Да, это надо делать вручную. Но кто вам мешал с 90-х годов вести эту базу по МКД? Не у всех муниципалитетов эта база есть, а у кого есть, она не актуальна.

Сегодня даже УК не знают, какой у них процент износа домов, и они заявляют об этом в открытую. Инвентаризации у нас не было очень давно, и мы не знаем, что у нас в городе творится. Вроде бы не сложная работа, но муниципалитеты халатно подошли к формированию базы. В базу попало множество домов, которые в программу ставить нельзя. Их нужно сейчас признать ветхими и аварийными. Теперь представьте, какую работу необходимо проделать, чтобы все это актуализировать. Собственников очень возмущает тот факт, что они платить не должны, но платят. Так создается негатив, который разносится «сарафанным радио». И что мы получаем на выходе? Неоплату за капремонт, множество вопросов и возмущений.

– Вероятно, разъяснительная работа не ведется вовсе или ведется недостаточно.

– Разъяснительная работа ведется. Но, видимо, надо провести массированную информационную атаку, не скажу по-другому, для того, чтобы всем все стало понятно, и все успокоились. Целесообразно еще раз везде сказать о капремонте, чтобы все успокоились и система начала работать.

– Об этом говорят и много, но все говорят разное: федералы – одно, что сводится к тому, что платить придется, и они еще пять лет назад предупреждали нас об этом; регионалы – другое; муниципалы – третье. Брожение в умах достигается противоречивостью информации: кто-то говорит платить, кто-то, напротив, – не платить. И каждый приводит свои «доказательства», потрясая бумажками. Вплоть до того, что появились активисты, которые распространяют памятки и инструкции о том, как не платить за капремонт. Одна из претензий: почему я должен платить за капремонт, если я платил за ремонт и содержание жилья?

– В этом случае, невыполненная работа УК проецируется на всю систему капремонта. Мы упустили этот момент, теперь создается негатив. Платить все равно придется, и федеральные власти навряд ли это изменят. Но принципиальный подход к программе капремонта все же должен измениться. Страны ближнего зарубежья после развала СССР получили такой же жилфонд. Его сами собственники превращали в прекрасные МКД с повышенной рентабельностью. Там сделали по-другому, объявив всем собственникам, что, кроме вас, дом ваш не нужен никому и государство за вас ничего решать не будет. Это было жестоко, но это было сделано. При этом там не собираются никакие фонды. ТСЖ берет кредит под минимальный процент, повышая плату за содержание и ремонт. Они делают это в формате инвестиционного проекта. Они вкладывают в собственное жилье. Государство взяло на себя создание всевозможных программ, чтобы собственнику можно было провести этот ремонт. Государство создало механизмы, а вы пользуйтесь ими, как хотите, лишь бы был результат. У нас механизмов защиты прав граждан тоже целое множество: от общественного контроля до суда. Механизмов реализации своих прав у нас тоже предостаточно. Все зависит от нас, от того, как мы реализуем свои права.

– Я попрошу вас выступить в роли разрушителя мифов, потому что тема капремонта уже обросла собственной мифологией. Давайте начнем с вопроса нелегитимной деятельности регионального оператора. Многие апеллируют к нормам 82-го ФЗ «Об общественных объединениях (организациях)», которые гласят, что общественные организации могут взимать исключительно добровольные пожертвования.

– Да, это любимая «утка», которой много пользуются те, кто подрывает саму систему. Давайте вчитаемся в Жилищный кодекс, там сказано, что региональный оператор – это некоммерческая организация со специальным статусом. Нужно понимать, что учредителем этой организации является субъект Федерации. Недавно я получила гневный звонок. Мужчина не представился и сказал, что я глупая и не понимаю ничего. Как субъект Федерации может быть учредителем? – недоумевал он. Но публично-правовые образования тоже имеют право осуществлять подобную деятельность. Для чего Гражданский кодекс наделил их большим количеством прав и обязанностей. Поэтому субъект вполне может создать некоммерческую организацию. Он и так создает их немало: все ГУ – государственные учреждения и так далее. Просто в данном случае мы имеем дело с организацией в форме фонда.

Да, по закону взносы в НКО добровольны, но эти взносы участники этой НКО дают на жизнь НКО, на ее деятельность: на развитие, на персонал, на оплату коммунальных услуг и аренду помещения. Эту часть расходов на жизнедеятельность фонда субъект Федерации взял на себя. И региональный оператор, как и все подобные организации, ведет свой бюджет и отчитывается перед республикой. Есть и другая часть – накопления на капремонт. Эти деньги не переходят в собственность фонда. Деньги – это тоже вещь, которая имеет собственника. В данном случае мы берем наши деньги и отдаем их накопить, придержать. Это копилка. Я могу в эту копилку и не класть. Но в один прекрасный момент, когда у моего дома окончательно развалится крыша, например, я должна буду взять и выложить определенную сумму денег, чтобы крышу эту починить. Это наши деньги, региональный оператор просто их учитывает без права распоряжаться ими.

– Но кто-то создал этот миф, и он оказался весьма стойким. Равно как и тот, что откладывая деньги в «общий котел» регионального оператора, я плачу деньги за ремонт чужих домов. В то время как закон, во-первых, не предусматривает предоплаты услуг, а, во-вторых, обязывает меня следить лишь за моим имуществом и, соответственно, копить я должен на ремонт своего и только своего дома. Прокомментируйте, пожалуйста, эти пассажи.

– Во-первых, капитальный ремонт – это не государственная услуга. Мы, по сути, просто копим. Мы не авансируем. Авансировать – значит, перечислять конкретному подрядчику конкретные средства. А так мы просто копим. И если к моменту ремонта в нашей копилке не хватает средств, нас может «кредитовать» соседний дом, который младше и капремонт у него дальше. Однако мы продолжаем платить взносы, чтобы возместить соседнему дому их деньги. Я поняла, что система действует именно так. Если вы не хотите, чтобы это происходило – открывайте свой счет и копите деньги там. Когда придет время капремонта, а денег будет не хватать, вам скажут: либо отказывайтесь от ремонта, либо докладывайте искомую сумму. Система работает так – как копилка. Может быть, это и правильно с учетом поправки на менталитет. Мы же живем по принципу «пока петух не клюнет». Многие считают, что их это не касается, впрочем, это до поры до времени.

– Вот еще один нюанс. Критики с удовольствием зацепились за тему примата одного банка над другими в вопросах сбора платежей. Без комиссии, конечно. Почему один банк обладает преимущественным правом на сбор платежей без комиссии? Не стоит ли скорректировать закон в этой части?

– Федеральное законодательство определило требования к банку для того, чтобы он имел право держать на своих счетах средства на капремонт. Сумма не маленькая, а любой банк может лопнуть в любой момент. Государство определило для банка строгие условия открытия расчетных счетов на капремонт. Одно из таких условий – уставной капитал, та неприкосновенная сумма, которая в случае банкротства банка удовлетворит требования кредиторов. На территории Республики Коми таких банков семь. На сегодня региональным оператором был проведен конкурс на открытие «котлового» счета. И этот банк предложил лучшие условия. Только поэтому счет был открыт у него.

– Платить можно через любой банк, но с комиссией. Надо ли расширить этот перечень – список банков, взимающих плату без комиссии?

– Да, правительство Республики Коми пытается провести работу с банками для того, чтобы уменьшить или вообще исключить комиссию. Они пытаются подписывать партнерские соглашения и тем самым решить проблему. Банк как коммерческая организация выставляет свои условия, но проблема решается. Здесь проблема касается не только в приеме платежей за капремонт, но и вообще оплаты коммунальных услуг. Этот вопрос ставился неоднократно, вопрос серьезный, и касается он всей России. Да и банки зарабатывают немало именно на приеме платежей.

– Еще один вопрос касается того факта, что счета за капремонт были выставлены задним числом. Этот факт трактуется оппонентами и критиками новой системы как аргумент в пользу того, чтобы отказаться от платежей. Ваш комментарий, пожалуйста.

– У нас как у собственников была обязанность провести определенные работы для того, чтобы начать собирать эти средства. Напомню, что у нас было право выбора между «котлом» и своим счетом. Все, кто в законные сроки провел необходимые мероприятия, с 1 октября получал квитанции. Для них этой проблемы не существует. Другой вопрос, что для выставления квитанций по «котловому» счету региональному оператору нужно было откуда-то получить базу данных. Вы видели многочисленные призывы к собственникам предоставить данные о себе? Видели, притом не раз. Кто-то из собственников обратился с просьбой выставить ему квитанцию и начислить платеж? Очень сомнительно. Региональный оператор пошел другими путями. В итоге у них это заняло значительное время. Обязанность платить для Республики Коми возникла с 1 октября. Тот факт, что счет не был выставлен, не снимает с нас обязанности вносить средства с этого дня. Да, понятно, что счета начислены задним числом, но при этом региональный оператор не применил к собственникам никаких штрафных санкций, потому что задержка произошла не по их вине.

– Давайте разберем еще один, не менее острый вопрос: что будет с моими накоплениями, если я квартиру продам?

– На сегодняшний день накопления, равно как и долги, по взносам на капремонт остаются за квартирой. Здесь много негодований. И я сама считаю, что это не совсем правильно. Потому что эксплуатационные расходы я как собственник должна нести здесь и сейчас. Время капитального ремонта может не подойти, но, в случае чего, я должна буду выложить определенную сумму, чтобы провести эти работы в срочном порядке. Здесь я не совсем согласна с законодателем. Я изучаю этот вопрос, читаю судебную практику. Здесь нужно вернуться к теоретическим основам, к базовым принципам, чтобы понять, насколько это правомерно. Самое интересное в том, что споры ведутся между юристами в том числе. Кто-то считает, что это правильно, кто-то полагает, что нет. Я не согласна с этим, но это мое субъективное мнение.

– Не создается ли у вас впечатление, что граждане изыскивают любой доступный способ, чтобы не платить?

– Если вы заметите, то по Воркуте, по-моему, граждане выискивают любой способ, чтобы не платить вообще ни за что (с определенной долей иронии)! Я заметила, что людям уже все равно: это капремонт или коммунальные услуги или общедомовые нужды, или ремонт и содержание жилья. Я не могу понять, в чем причина? Уклоняются любыми правдами и неправдами. Одно дело, когда услуга оказана некачественно, тогда вам необходимо отстаивать свое право и либо платить меньше, либо вовсе не платить. Но если услуга оказана своевременно и качественно, почему многие позволяют себе не расплатиться за выполненную работу?

Я проводила в Сыктывкаре личный прием. Ко мне пришла пожилая пара, им где-то около 60 лет. Очень интересная пара. Они не платили за коммунальные услуги с 2006 года. На них неоднократно подавали в суд, они шли вплоть до Верховного суда РФ, пытаясь доказать, что они платить не должны. Я, выкладывая всю правовую базу, пыталась убедить их в том, что не платить не получится. И я их не убедила. Когда они собирались уходить, я спросила у них одну такую вещь: оказывались ли вам услуги, за которые вы не платите, и если да, то насколько качественно они оказывались? И они ответили утвердительно, оценив качество на «четверочку». Вопрос: почему вы позволяете себе не оплачивать услуги в полном объеме? Вы понимаете, что ваши деньги, это зарплата уборщицы, сантехника и так далее? Почему вы не оплачиваете труд тех людей, которые добросовестно сделали свою работу? Мужчина, кончено, не проникся, но женщина покраснела и какие-то выводы, наверное, для себя сделала. Я не могу сказать, почему складывается такая тенденция: мол, я платить не буду, но и разбираться в вопросе я тоже не намерен. Если мне услуга не оказана или оказана некачественно, я запрошу у УК перерасчет либо потребую от них переделать работу так, как мне это надо, но сперва – я заплачу. Потому что я знаю, что от меня зависит зарплата тех людей, которые оказывают мне услуги.

– Кстати говоря, к вопросу о пожилых людях. Должны ли платить те, кто, давайте будем реалистами, до капремонта просто не доживет, а, следовательно, и не увидит результатов?

– На сегодняшний день рассматривается вопрос об освобождении от оплаты одиноко проживающих пожилых граждан. Это касается тех, у кого нет наследников. Но когда наследников целая череда, вы можете и не платить, это ваше право, но наследники вместе с квартирой унаследуют и долги. У нас складывается нехорошая тенденция, когда дети и внуки хотят бабушкину квартиру, но помогать ей почему-то не хотят. И мало кого интересует тот факт, что у бабушки очень маленькая пенсия, а коммунальные услуги кусаются.

– Есть еще один вопрос, в котором надо расставить точки над «и». Тема капитальных ремонтов простимулировала народный интерес к жилищному законодательству, равно как и интерес некоторой части юридического сообщества к спекуляциям на тему закона «О приватизации». Фабула такова, что предыдущий собственник – государство – в подавляющем большинстве случаев прежде чем передать имущество, должен был привести его в надлежащее состояние, не так ли?

– Да, такая практика существует, и в законе «О приватизации» есть такой пункт. Позиция судов по этому вопросу разделилась в отношении 50 на 50: кто-то, ссылаясь на эту статью, иски к администрации удовлетворяет, кто-то – нет. Последние ссылаются на то, и это справедливо, что на момент приватизации дом в капитальном ремонте не нуждался. Мои родители приватизировали квартиру в 1997 или 1998 году. Наш дом был сдан в эксплуатацию в 1992 году и, следовательно, на момент приватизации никакой речи о капремонте не шло. Это значит, что и квартиру, и долю в общедомовом имуществе нам передали в надлежащем состоянии. На сегодняшний день, почти через 20 лет, наш дом нуждается в капремонте, но мы как собственники все эти 20 лет должны были исправно содержать имущество в соответствии с установленными нормами и правилами. Тут налицо дилемма.

Давайте рассуждать по справедливости, если изначально мне передали дом в плохом состоянии, стоит обратиться к администрации. Если на момент передачи в собственность процент износа дома был большой, и его необходимо было капитально ремонтировать, то есть смысл подать иск на администрацию. Если дом был передан в нормальном состоянии, а за 20 лет вы сами довели его до плачевного, администрация в этом не виновата. Нужно искать того, кто ненадлежащим образом содержал ваш дом. Это может быть УК, если собственники исправно платили, а компания не работала. Это могут быть и сами собственники, которые на протяжении многих лет просто не платят за квартиру. На что в таком случае УК будет содержать дом?

В этом отношении плачевная ситуация сложилась в Печоре. Там несколько недобросовестных компаний поняли, что таким образом можно снять с себя ответственность за неисполнение обязательство по ремонту крыш, подвалов, замену коммуникаций и так далее. Теперь эти УК помогают собственникам писать исковые заявления в суд, которые суд удовлетворяет. Теперь администрация должна за свой счет отремонтировать несколько МКД. Как вы думаете, насколько справедливо удовлетворение этого иска? Как минимум, сомнительно. Получается, что жильцы платили, УК деньги выводила, а отдувается за все бывший собственник. Это неправильно и несправедливо. Раньше администрация спокойно принимала это, но в ближайшее время ситуация для Печоры изменится. Даже собственники понимают это. На последней встрече с собственниками одна женщина лично сказала мне, что не стала подписывать такое заявление. Она попросила меня подготовить заявление в УВД, видя, что УК попросту мошенничают.

– Совсем недавно в нашем городе с рабочим визитом побывал председатель Государственного совета Республики Коми Игорь Ковзель. На одной из встреч с ним глава города Валентин Сопов озвучил такой факт: в следующем году в Воркуте капитально отремонтируют 34 дома. Он также назвал необходимую для этого сумму: 76 миллионов рублей. С учетом того, что даже федеральные аналитики отталкиваются от 10-процентного сбора, как от потолка, можно представить, какая сумма «набежит» по Воркуте. Где находить недостающие деньги – неизвестно, что будет делать администрация, тоже пока не ясно. Как вы полагаете, мы увидим эти ремонты или администрация будет вынуждена отказаться от своих обязательств? А может быть возможен какой-то третий путь? Каков ваш прогноз?

– Насколько я помню, администрация у вас главный собственник – более 50 процентов жилфонда является муниципальной собственностью. Я думаю, что когда подойдет время капитальных ремонтов, региональный оператор спросит у администрации: «Где 76 миллионов на ремонт?». Администрация ответит, что денег нет. Тогда последует еще вопрос: «За какие средства вы собрались проводить эти работы?». Я думаю, что у администрации есть понимание того, что на 76 миллионов они ремонт не выполнят. Если собственники не платят, никаких капремонтов не будет. Их будут постоянно переносить. А потом мы придем к ситуации, когда кругленькую сумму нужно будет выложить здесь и сейчас. Все будут плакать и кричать, обижаться и ругаться, но сумму выложат разом. Вот и все.

– Не так давно на портале БНК я встретил интересный пассаж на эту тему. Он принадлежал перу ухтинской журналистки Анжелики Юниной. Я процитирую: «…если к дате, означенной в региональной программе, на счету дома не будет достаточно средств, собственники обязаны их изыскать. Взять кредит, например. И если они не сделают этого … ремонт будет проведен за счет Регионального фонда капитального ремонта МКД, но сумму с владельцев квартир взыщут через суд. И, кстати, продать квартиру, имея долг по взносам за капремонт, тоже будет нельзя». Что вы думаете на этот счет?

– Да, мы обсуждали этот вопрос со многими администрациями. Я интересуюсь: «Почему они не убеждают совет принимать бюджет с такими статьями как «оплата выпадающих расходов» и «оплата капитального ремонта»?». Они говорят, что есть другие, более важные статьи расходов. Мне интересно, понимают ли они, что создают для бюджета риск взыскания в судебном порядке? В этом случае дополнительно возлагаются штрафные санкции. Давайте прикинем: 76 миллионов плюс проценты за пользование чужими денежными средствами, плюс госпошлина – пусть будет два процента – в пользу государства. Конечно, федералы с удовольствием одолжат Воркуте эту сумму. Вопрос: как Воркута будет платить по долгам? В этой ситуации администрация должна думать не как орган власти, а как собственник – наперед. И оценивать правовые последствия. В карман все равно залезут, при помощи судебных приставов, наконец. А они берут пять–семь процентов за несвоевременное исполнение решения суда. Теперь прикиньте, сколько может набежать? Нужно менять подход: лучше заплачу маленькую сумму, а потом, если что, буду иметь основания для того, чтобы заставить исполнителя работ переделать, чем потом сразу выложу круглую сумму да еще и с процентами. Эту истину все усвоили в отношении электроэнергии и хорошо платят.

– Здесь ответ очевиден: энергосбытовая компания обладает правом прийти и отрубить электричество.

– Да, это так, но, кроме того, они взяли на вооружение отличную практику: три месяца не платят – в суд с процентами. Я не работаю там более пяти лет, но стойкая работа с должниками там продолжается и производит хороший перманентный эффект. Собираемость по Воркуте теперь 95–97 процентов, просто потому, что они приучили всех оплачивать свои услуги. Важно приучить людей к тому, что наказание все равно придет. Когда люди будут понимать это, что-то поменяется в головах. Я боюсь совершать правонарушения, потому что знаю: у меня отнимут мое личное время, которое мне дорого, которое нужно мне здесь и сейчас. Кроме того, я не хочу, чтобы меня, например, лишили права выезда за пределы страны.

– И в заключение нашей беседы, разрешите мне задать еще один вопрос: как вы полагаете, сколько времени пройдет, прежде чем ситуация стабилизируется и ко всем сторонам зреющего конфликта – и к законодателю, и к собственнику – во всей полноте придет деятельное понимание их непосредственных прав и обязанностей?

– Один из самых стабильных законов на сегодняшний день это Гражданский кодекс. Этот тот «идеал», в который изменения вносятся редко, но метко. На сегодняшний день Жилищный кодекс образца 2006 года менялся слишком часто. Только за прошлый год изменения вносились восемь раз. В отношении всяких институтов. Институт капремонтов еще толком не заработал, а мы уже внесли множество изменений. Надо, чтобы закон функционировал хотя бы около года. А до его вступления в силу в течение года проводить правильную разъяснительную работу. Сейчас нужно бедный Жилищный кодекс вместе с программой капитального ремонта оставить в покое на какое-то время. Посмотреть, что работает, а что – нет. Выявить минусы и шероховатости, начиная с региональной программы. Определить, какие дома ремонтировать в первую очередь, какие – во вторую, какие – сразу, какие – по частям. И уже потом провести несколько циклов капремонтов для того, чтобы понять, какие изменения необходимо вносить в федеральное законодательство. Народ сейчас проявляет активность, очень много людей дошли до Верховного суда. Есть высказывания на тему того, что система еще не заработала, а менять ее уже нужно. Это не нормально. Это насколько же плохой была правотворческая работа, если закон не работает, а его уже надо менять? Качество было хорошее, и заложенные идеи были хороши, но мы не так исполнили их на месте. Мы как потребители чего-то недопоняли, на что-то повелись, где-то услышали что-то не так и создали сумятицу.

 

Беседовал Артем Орлов
ЗАПОЛЯРКА-онлайн.рф

 
Распечатать   1 877 просмотров